«Бариатрия — не для слабаков»: хирург развенчал главные мифы об ожирении

От депрессии и разводов до рождения детей: вся правда о жизни после похудения

Ожирение ежегодно уносит миллионы жизней, но в России операцию, способную спасти, делают единицам. Почему бариатрию считают «путём для слабаков»? Когда диеты бессильны? И правда ли, что модные уколы скоро заменят скальпель? Накануне Всемирного дня борьбы с ожирением бариатрический хирург с 22-летним стажем, заведующий хирургическим отделением, к.м.н. Евгений Зорин рассказал о точке невозврата, мужском стыде и о том, почему после операции женщины успешно рожают здоровых детей.

Миллион пациентов и государственная экономия

В России около миллиона человек нуждаются в бариатрической операции — хирургическом лечении ожирения. Но по программе ОМС её получают единицы. Парадокс: пациент с тяжёлым ожирением обходится бюджету в сотни тысяч рублей ежегодно на лечение диабета, гипертонии, артрозов. А операция, которая радикально меняет ситуацию, остаётся недоступной.

«Если всем нуждающимся пациентам делать операции по ОМС, никаких государственных денег не хватит, — объясняет Евгений Зорин, заведующий хирургическим отделением, кандидат медицинских наук, член Российского общества бариатрических хирургов. —  Но позитивные сдвиги есть: уже несколько лет существуют квоты на лечение сахарного диабета в сочетании с ожирением, а в 2026 году в программу государственных гарантий вошло лечение пациентов со сверхожирением (индекс массы тела более 50 кг/м2). Это хотя бы позволит прикрыть самую тяжёлую категорию».

Причины российской эпидемии ожирения типичны для всего мира: низкая подвижность и изменившееся питание. «Это настоящая пандемия XXI века, — подчёркивает хирург. — Количество пациентов ежегодно только растёт, а темпы развития бариатрической хирургии и других методов лечения за этим не успевают».

«Слабак» или больной человек? Когда ожирение становится необратимым

«Не можешь взять себя в руки и похудеть сам — слабак!» — такое отношение к людям с ожирением Евгений Зорин слышит регулярно. И каждый раз объясняет: это не про силу воли, а про медицину.

«Это порочное отношение к такому заболеванию, как ожирение, — говорит врач. — Многие, включая, к сожалению, врачей, почему-то не относятся к ожирению как к болезни — считают его пороком, недостатком характера. Но никто же не говорит человеку с высоким давлением: "Ты слабак, что пьёшь таблетки, справься силой воли!" Или больному с опухолью: "Возьми себя в руки!" Для каждого заболевания существуют свои методы лечения, и ожирение с определенной стадии лечится хирургически».

Хирург с 22-летним стажем знает: с определённого момента ожирение перестаёт быть самоконтролируемым. Эта граница — индекс массы тела 40. До этой отметки человек ещё может что-то сделать самостоятельно, изменив образ жизни и питание. Но когда стрелка весов переваливает за критическую точку, начинается то, что врачи называют «точкой невозврата».

«По статистике, 98-99% людей с ИМТ выше 40 не смогут стабильно похудеть без хирургического вмешательства, — приводит цифры Евгений Зорин. — Почему? Из-за большой массы ограничена подвижность — об активных тренировках речи не идёт. Плюс происходит излом базового метаболизма — организм начинает тратить меньше калорий на основной обмен. Человеку нужно либо есть очень мало, либо слишком много двигаться. Ни то, ни другое при большом весе не получается».

Цифры:

• ИМТ 40 и выше — абсолютное показание к операции
• ИМТ 35-39,9 с сахарным диабетом, ночным апноэ, заболеваниями суставов — тоже показание
• Около 1 млн россиян нуждаются в бариатрической хирургии.

Еда как наркотик: что происходит с психикой после операции

Хирург оперирует желудок, но что происходит с головой? Ведь многие люди годами «заедали» стресс, тревогу, одиночество. И вдруг этот механизм перестаёт работать.

«Да, мы получим и депрессии, и разводы. Обязательно получим, если не будем заниматься пациентом после операции, — не скрывает хирург. — Это есть в статистике. Вопрос в том, как заниматься пациентом после операции. Бариатрия — это не последний шаг к контролю веса, а первый шаг. С неё всё только начинается».

У многих пациентов с избыточным весом есть так называемая пищевая аддикция, то есть привычка получать удовольствие от еды. Когда такой человек проходит бариатрическую операцию, количество пищи, которое поступает в организм, физически уменьшается — он просто не может съесть больше. «Человек привык есть и получать от этого удовольствие, а тут он съесть много не может, удовольствие он не получает и, мягко говоря, настроение у него портится. Это может приводить к снижению настроения вплоть до депрессивных состояний», — объясняет доктор.

Врач сравнивает пищевую зависимость с наркотической — только менее выраженной: «Еда — источник эндорфинов, гормонов счастья. Когда человек очень привык к еде, и она для него важна, лишение её — это фактически синдром отмены. У наркомана без наркотиков — ломка, это нас не удивляет. С едой то же самое, но почему-то это удивляет».

Решение — работа с психологами. «Поэтому мы всегда советуем, чтобы пациенты наблюдались, консультировались с психологом в процессе похудения. Это поможет им избежать различных серьёзных психологических проблем при отмене большого количества питания. При правильной работе со специалистом через какое-то время человек просто перестаёт быть настолько зависимым от еды. От зависимости можно уйти, но работать над собой придётся».

После операции образ жизни в любом случае придется менять. Многие пациенты опасаются, что их желудок снова растянется до прежних размеров. Однако, по словам хирурга, это заблуждение: растянуть его настолько практически невозможно. Главная опасность кроется в другом — в качестве питания. «Если сладкоежка продолжит после резекции желудка питаться сгущёнкой и эклерами, будут проблемы: он будет хуже худеть или, похудев, обратно наберёт вес», — предупреждает врач. Операция лишь помогает не испытывать сильное чувство голода, но выбор продуктов по-прежнему остается за человеком.

Хирурги постоянно подчеркивают: бариатрия — это не лечение ожирения, а лишь создание условий, при которых пациент теряет вес. Если же он ничего не меняет в своём поведении, то к моменту стабилизации веса (когда организм адаптируется к новым условиям) неизбежно начнётся обратный набор килограммов. Операция — это инструмент. Пациент худеет сам, а хирургия ему помогает, но без изменения образа жизни, приведшего к избыточному весу, результат не будет устойчивым.

В редких случаях возможны повторные вмешательства, но к ним подходят очень избирательно. Они проводятся, например, когда пациент, похудев, со временем снова набирает вес. Однако прежде чем рекомендовать повторную операцию, врачу необходимо выяснить, все ли этот человек делает правильно. «И только в случае, если делает всё правильно, и, тем не менее, стал снова набирать вес, можно говорить о повторном бариатрическом вмешательстве».

Другая ситуация, требующая хирургии, — различные осложнения первичной операции. К примеру, сформировавшиеся грыжи пищеводного отверстия диафрагмы или тяжёлая изжога у пациента после рукавной резекции желудка. В таких случаях повторные вмешательства делаются уже по медицинским показаниям. Наконец, ещё одна причина — когда пациент похудел, но сопутствующие заболевания, например, сахарный диабет, ушли не до конца. Тогда можно говорить о своего рода «апгрейде» операции, чтобы решить и эти проблемы.

Что касается противопоказаний, они подробно указаны в открытых источниках — к ним относятся различные острые состояния, активные воспалительные процессы, язвенная болезнь, онкологические заболевания, психиатрические расстройства и беременность. Перед операцией каждый пациент проходит тщательное обследование, чтобы исключить эти факторы.

«Элитные капли» и другие разводы

В соцсетях расцвёл бизнес на чужом горе: реклама «безоперационного уменьшения желудка», «элитных капель для похудения», «волшебных методик». Люди с ожирением, отчаявшись, часто спускают там последние деньги.

«Существуют методики лечения ожирения, прописанные в клинических рекомендациях, и те, что не прописаны, — говорит врач. — Я всегда рекомендую обращаться к врачу — эндокринологу. Он при необходимости направит к хирургу, диетологу, психологу».

Позиция врача категорична: «Вся эта реклама — попытки самолечения. Если вам это навязывают и продают, это не для того, чтобы вы были здоровы, а чтобы на вас заработать. Лечением заболевания — а ожирение это именно заболевание — должен заниматься врач».

Лишняя кожа: цена успеха

Тема деликатная, но важная. После резкого похудения на десятки килограммов человек часто остаётся с огромными складками кожи — так называемыми «фартуками». Фотографии «до и после» в соцсетях это обычно скрывают. А реальность?

«Это очень субъективная история, — говорит хирург. — *Кто-то похудеет на 10 килограммов — будут складки. Есть люди, худеющие на 50 килограммов, у которых складок не остаётся. Зависит от генетики, типа кожи, наследственности, количества и качества коллагена».*

Главное — правильно работать над собой в процессе похудения. Обязательна физическая нагрузка. Обязательны кремы для повышения тургора кожи, массажи, физиотерапия. «Самое простое — бассейн: это и водные процедуры, и работа мышц. Год после операции — это серьёзная тяжёлая работа над собой. Как вы будете выглядеть через год, так оно, скорее всего, и останется в дальнейшем. Если взять условных близнецов после операции, один из которых работал над собой, а другой вел пассивный образ жизни, то даже при одинаковом весе разница в эстетическом результате будет огромная».

Распространённое заблуждение — что после похудения обязательно нужен пластический хирург. «Пластическая хирургия — вещь субъективная. Кому-то и небольшая выпуклость кажется дефектом, а кому-то и висячий живот не мешает. Критерии — в голове. Решение — всегда личное».

Почему мужчины стесняются худеть

Статистика неумолима: к бариатрическим хирургам чаще обращаются женщины. Мужчины приходят позже — и в более тяжёлом состоянии.

«Мужчины, как правило, приходят, когда совсем плохо, — делится наблюдениями врач, — женщина до этого не дойдёт, к тому же ее волнует внешний вид. Женщины раньше начинают замечать проблемы».

А мужчины? «Мужику — ну, пузатый, толстый, большую часть это мало волнует, пока сильно не мешает. Храпит? Он же жене мешает, не себе. Не бегает? Он и так особо не бегун был, — перечисляет Евгений Александрович. — Когда начинаются серьёзные проблемы в быту или становится страшно за свою жизнь — тогда приходят».

И добавляет: «Чаще всего мужчин вообще супруги приводят. К нам обращается больше мужчин со сверхожирением — они приходят, когда уже край». Видимо, это особенность мужской психики: не показывать слабость, тянуть до последнего, никому ничего не говорить.

Озэмпик и конец эпохи хирургов?

Последние пару лет весь мир говорит о новых препаратах для похудения — аналогах глюкагоноподобного пептида-1 (ГПП-1). Самый известный — озэмпик. Голливудские звёзды худеют на нём за месяцы. Говорят, скоро эти уколы полностью вытеснят бариатрическую хирургию.

«Эти препараты существуют во всём мире, и в России тоже, — подтверждает Зорин. — Более того, российская фармоиндустрия выпускает сейчас шикарные препараты, гораздо лучше озэмпика. Они действительно эффективны».

Но это не волшебная палочка. «Это методика лечения со своими показаниями, противопоказаниями и побочными эффектами, — предупреждает врач. — Назначает их обязательно врач после обследования. Применять нужно под контролем».

Главная проблема этих препаратов — временный эффект: «Самое важное: пока колешь — эффект есть, перестал колоть — эффекта нет. Очень большой процент отката веса после отмены».

Евгений Александрович сравнивает эти препараты с бариатрической хирургией: «И то, и другое — это начальный капитал. Возможность снизить вес и дальше работать над собой. Модификацию образа жизни, диету, физнагрузки никто не отменял. Медицина и режим пациента — это два обязательных компонента лечения».

Останутся ли хирурги без работы? «Может быть, когда-то создадут суперпрепарат, который излечит ожирение, — философски рассуждает врач. — Но всё, что мы делаем сейчас — и операции, и препараты — это симптоматическая история. Мы лечим следствие, а не причину».

Личный опыт: как живёт хирург, который лечит ожирение

Евгений Зорин в отличной форме — это видно невооружённым глазом. Повлияла ли на это профессия? Страшно ли ему самому поправиться, видя ежедневно последствия ожирения?

«Никакой профессиональной деформации не произошло, — признаётся врач. — У меня никогда не было культа еды. Есть любимые продукты, но еда для меня не источник удовольствия. Это скорее источник энергии».

Та самая фраза — «я не живу, чтобы есть, а ем, чтобы жить» — в его случае работает. Плюс регулярная физическая нагрузка: «По-хорошему нужно заниматься минимум два раза в неделю по часу-полтора. Сейчас это просто домашняя физкультура — зарядка, турник, отжимания, но ежедневно. Мне этого хватает. Есть желание вернуться к баскетболу, который люблю».

Еще ежедневные прогулки с собакой. «Если вдруг начну поправляться — буду за этим следить, больше двигаться, — говорит хирург. — Поправляться не хочется».

И добавляет важную мысль: «Лечение ожирения — это всегда сочетание медицины и работы над собой. Как аплодисменты: нельзя похлопать одной ладошкой. Без врача не справиться после точки невозврата. Но и без личных усилий медицина не столь эффективна».

«Самое крутое — когда рождаются дети»

За 22 года работы Евгений Зорин прооперировал тысячи пациентов. Какие случаи запоминаются больше всего? Технически сложные операции? Рекордное похудение?

«Поначалу каждый интересный случай был необычным, — вспоминает врач. — Но что вызывает больше всего эмоций — когда пары, имеющие проблемы с зачатием или вынашиванием, после похудения беременеют и рожают здоровых детей.

Это стало обычной практикой: центр планирования беременности направляет пациентов с избыточным весом к бариатрическим хирургам. Они худеют, возвращаются к репродуктологам — и рожают. Это не единичные случаи. Ожирение — серьёзный фактор бесплодия у женщин и проблем с фертильностью у мужчин. После нормализации веса репродуктивная система часто восстанавливается.

«Что может быть чудеснее, чем появление новой жизни? Таких пациентов у нас много, и в их семьях уже не по одному ребёнку. У нас целый детский сад», — улыбается хирург.

---

СПРАВКА

Индекс массы тела (ИМТ) рассчитывается по формуле: вес (кг) / рост² (м)

• ИМТ 18,5–24,9 — норма
• ИМТ 25–29,9 — избыточный вес
• ИМТ 30–34,9 — ожирение I степени
• ИМТ 35–39,9 — ожирение II степени
• ИМТ 40 и выше — ожирение III степени («точка невозврата»)

По данным ВОЗ:

• Ожирение ежегодно уносит около 2,8 млн жизней в мире
• В России около 1 млн человек нуждаются в бариатрической операции
• 98-99% людей с ИМТ выше 40 не могут стабильно похудеть без операции

Бариатрические операции:

• Уменьшение объёма желудка (рукавная гастропластика)
• Желудочное шунтирование
• Установка желудочного баллона
• Стоимость по ОМС: бесплатно (с 2026 года для сверхожирения)
• Стоимость платно: от 150 до 400 тыс. рублей

---

Если вы узнали себя в описании и хотите узнать, подходит ли вам бариатрическая операция — запишитесь на бесплатную консультацию к Евгению Александровичу Зорину. Подробнее о направлении и подготовке читайте на странице бариатрической хирургии НМИЦ ЛРЦ.